Размер шрифта: A A A
Цвета сайта: Ц Ц Ц
Изображения Вкл. Выкл.
Обычная версия
На моем веку жизнь не раз мне подбрасывала ситуации, когда я находился на волосок от гибели. Расскажу о нескольких таких эпизодах. Один из последних таких случаев произошел со мной не так давно, года три назад. Мой друг Эдик предложил мне поехать семьями на отдых в Ялту, в Крым: - Там сейчас прекрасный бархатный сезон. Спокойно, школьные каникулы уже закончились. Не жарко, море теплое. Самое время для отдыха! Идея мне понравилась. К тому же надо отметить, что я - патриот, люблю отдыхать на наших просторах. Раньше я пытался ездить на отдых за границу, но как-то мне было всё это не по душе. теперь я уже оставил эти попытки, и езжу отдыхать только туда, где вокруг слышу родную речь. Итак, мы с женами прилетели в Ялту, заселились в гостиницу «Интурист», и сразу же решили пойти на море искупаться. Погода была ветреная, на море штормило. Надо сказать, в Ялте в сентябре часто бывают штормы. Двух-трех-балльные – меня обычно не пугают, я даже люблю покататься на таких волнах. Но в этот раз, подойдя к морю, мы увидели, что сегодня волны покруче. Шторм был примерно пяти-шести-балльный. Мы с другом переглянулись. Друг мой в юности служил в морфлоте, его этим не испугаешь. А я, хоть и не служил в морях-океанах, но, видимо, мне периодически нужно было получить свою дозу адреналина, сам не знаю, зачем. В общем, здравый смысл и желание ощутить на себе энергию стихии, недолго боролись между собой в моей голове, второе победило, и я пошел в сторону воды под неодобрительным взглядом своей жены. Прожив со мной много лет, она знала, что спорить со мной бесполезно, поэтому даже не уговаривала меня не лезть в воду, а просто умоляюще посмотрела на меня и молча вздохнула. Волны вырастали высотой с двухэтажный дом. Меня это не смутило, я разбежался изо всей дури (считаю, именно это слово здесь уместно), и прыгнул в воду. Эдик – следом за мной. Уже в первую секунду, приземлившись, а точнее, если так можно выразиться, приводнившись, я понял, что напрасно нашел себе это приключение. Меня моментально закружило под водой, причем вниз головой, ноги стремились к поверхности, перевернуться я никак не мог. Я будто оказался внутри гигантской стиральной машины, меня крутило с огромной скоростью внутри волны, я уже не понимал, где дно, где поверхность, в какую сторону нужно плыть, чтобы глотнуть воздух. Небо во время шторма темное, свинцовое, потому и не получается просто плыть туда, где светло. Я хлебнул воды, дыхание задерживать было уже невозможно. Мне стало по-настоящему страшно, я осознал, что могу и не выбраться. Перед глазами, как водится, стали мелькать обрывки воспоминаний… Каким-то чудом я, интуитивно почувствовав, где «верх», стал грести туда изо всех сил, и вынырнул на поверхность, наконец-то хватая ртом спасительный воздух. В легких было полно воды, я отчаянно откашливался. И тут меня настигла следующая опасность: мощный поток воды, будто под напором невидимого брандспойта, потащил меня, как щепку, в открытое море. Сопротивляться было невозможно. Я греб к берегу изо всех сил, но справиться со стихией не мог. Я пытался плыть к берегу, поток тащил меня обратно, и тут я еще увидел, что меня несет на волнорез с огромной скоростью. То есть, кроме возможности захлебнуться, пойти на дно просто от обессиленности, море предложило мне еще один вариант закончить свои дни: разбиться о камни. Краем глаза я увидел, как, неподалеку от меня, волны подбрасывают моего друга. Бывший моряк плыл не к берегу, а в мою сторону. Он умел плавать лучше, чем я, и хотел мне помочь. Но волны не давали ему продвинуться, постоянно сбрасывая его с курса. Ситуация была патовой. Руки и ноги мои стали ватными, силы были на исходе, я понимал, что продержаться на поверхности я смогу еще минуты две-три, а потом просто пойду на дно. И никакой возможности спастись – не вижу. Я почти сдался… Но тут вдруг случилось чудо: бушующая многометровая волна неожиданно и мгновенно улеглась, вода вдруг отхлынула от берега на тридцать-сорок метров, и под ногами я почувствовал твердое дно. Мы с Эдиком встали на дно и своими ногами потихоньку пошли к песчаному пляжу. Подойдя ближе к берегу, я увидел свою Ирину, которая, сложив руки в молитвенной позе, что-то просила у Бога. И я знал, что именно. Конечно же, чтобы я остался жив. Моя боевая подруга за время нашей совместной жизни уже несколько раз переживала моменты, когда она чуть было не осталась вдовой. Вот и в этот раз Господь послал ей очередное испытание. Непросто, наверное, жить с таким мужем, который так и стремится попасть в опасные ситуации, большинство из которых создает сам… Увидев, как мы медленно бредем к берегу, жена закричала, чтобы мы двигались быстрее, потому что сейчас будет новая волна. Но мы не могли идти быстрее, потому что у нас просто не было сил. Едва мы дошли до берега, как на то место, где мы только что брели, обрушилась новая мощная волна, которая, как языком, слизала лежаки, стоящие на пляже, и унесла их в море. Шторм продолжался. Ирина, с мокрым от слез лицом, бросилась мне на шею: -Дурак, - прорвалось у нее между всхлипами, - я же чуть с ума не сошла! Но Боженька был благосклонен ко мне и в этот раз. Сколько раз он спасал меня! Раз так, видимо, я ещё нужен своей семье, родным, друзьям; и, наверное, не выполнил ещё своё предназначение до конца. Конечно, в жизни я неоднократно «щекотал себе нервы». Сколько раз я ходил на охоту, на зимнюю рыбалку, ввязывался в драки, скандировал на митингах, гонял на снегоходах с бешеной скоростью, скакал на лошадях в степи… Такой уж у меня характер. Требует время от времени дозу адреналина. Не будь я таким, может, и хирургом не стал бы. Ведь в работе хирурга практически постоянно возникают экстремальные ситуации, требующие немедленного решения. Как-то раз я попробовал подсчитать, сколько раз я чуть не погиб. Получилось - тридцать два случая, включая этот, в Ялте. Первый же подобный случай, произошёл со мной в раннем детстве, когда я чуть было не утонул в реке. Дело было так: мне было около четырех лет. Я с матерью, сестрой и тетей отдыхал у речки в своем родном Сердобске. Взрослые сидели на берегу, общались и угощались свежесобранной смородиной. Мне было скучно, и я подошел ближе к реке и стал прыгать по песчаным перекатам. Но оступился и упал в воду. Плавать я тогда еще не умел. Не успев издать ни звука, я погрузился в воду с головой. Позвать на помощь я не мог, так как рот был под водой. Все, что мне оставалось, это, пока хватало дыхания, подпрыгивать, отталкиваясь от дна, благо было неглубоко. Повинуясь инстинкту выживания, я подпрыгивал, что было сил. Вынырнуть я не мог, над водой только периодически показывалась моя мокрая светлая макушка. Мама и тетя, занятые беседой, не замечали, что творилось у них за спиной. Немного отвлекшись, они на время позабыли про меня. На мое счастье, мимо проходил какой-то мужчина. Он и увидел мою макушку, которая, как поплавок, то тонула, то всплывала. Недолго думая, он прыгнул в воду и вытащил меня из речки. Я, конечно, нахлебался воды и был очень напуган. С водой у меня связано несколько опасных эпизодов. Кроме вышеупомянутых, я еще и неоднократно проваливался под лед во время зимней рыбалки, которую, по молодости, очень любил. Как-то зимой наловил я рыбы для ухи, по просьбе тещи. Дело было в марте, стоял последний лёд. Уже собрался идти домой, но неожиданно услышал шипение. Оказывается, зашипел лёд, тая и растворяясь. Я сделал шаг, и тут же стал проваливаться под лёд. Собрав силы, я оттолкнулся и прыгнул, как пробка от шампанского, но тут же упал на брюхо и провалился снова. Дело принимало скверный оборот. Кое-как я смог выползти на лед, весь мокрый и обледеневший. А ведро с уловом, снасти, да рыбацкие рукавицы так и остались у полыньи. Когда я прибыл домой, теща спросила: «А где рыба?» Я ответил: «Мама, скажите спасибо, что у вас зять еще есть.» Однажды я поехал на зимнюю рыбалку на машине. Прямо по льду. Ехал на то место, где водились крупные окуни. Опять же, хотел тещу уважить, ей окуньков захотелось. Морозы были крепкие, лед толстый, и ничто не предвещало беды. Я ехал на приличной скорости, разогнался, и вдруг с ужасом прямо по курсу увидел быстро приближающуюся полынью. Решение нужно было принимать в долю секунды. Если бы я нажал на тормоз, остановился бы как раз в середине полыньи, и даже выпрыгнуть бы из машины не успел. Я, сам себя не помня, будто кто-то мною руководил, нажал на газ. Машина взвилась в воздух и перелетела полынью, прямо как в голливудских фильмах. Наловив окуней, я поехал назад той же дорогой. По-другому там нельзя было проехать. Обратный путь я проделал по уже известной мне схеме, разогнавшись, и пролетев над полыньей. Только полынья к тому времени стала уже в два раза шире, а внизу - 17 метров тёмной, бурлящей волжской воды. Вечером, за семейным ужином, когда мы поедали пойманных окуней, я за столом рассказал эту историю. Теща сказала: «Ну, Витя, скажи спасибо, что Бог к тебе милостив, а то только весной бы нашли тебя» А Бог, действительно, ко мне милостив, и я не перестаю благодарить его за все. Ведь, кроме упомянутых ситуаций, я еще несколько раз мог бы утонуть, но благополучно выплыл; на охоте меня чуть не загрыз в заснеженной степи матерый волк, но я спасся; как-то я случайно прострелил себе из охотничьего ружья жизненно важную артерию и чуть не умер от потери крови, но меня успели спасти врачи; один раз меня хотел зарезать ревнивый муж, но случайность не дала ему воплотить свой замысел; в девяностых, во время беспорядков, в меня целился снайпер, в общем, моментов, связанных с риском для жизни, было предостаточно. Но как-то мне везло, и небеса были ко мне благосклонны. Все истории заканчивались благополучно, тьфу, тьфу, тьфу. Бог всегда позволял мне спастись. Может, я еще нужен, возможно, для спасения чьих-то жизней. Иногда я думаю, для чего же мне столько раз посылали подобные ситуации. Возможно, для переоценки ценностей, ведь после каждого такого случая я заново, с еще большей силой влюбляюсь в жизнь. Краски становятся ярче, благодарность Всевышнему за все – сильнее, ощущение полноты жизни – вкуснее, сочнее и насыщеннее.



Оглавление




Задать вопрос