Несколько лет назад ко мне на прием обратилась женщина средних лет. Высокая, стройная, с вьющимися светлыми до пояса волосами, глаза ее горели. Посмотрев на нее, я сразу почувствовал, что от нее исходила бешеная энергетика, притягивающая взоры всех окружающих к себе.
По ее рассказу, она чувствует себя замечательно, каждое утро бегает, правильно питается и даже трое детей ее не выматывают, единственное, что беспокоит — нащупала какую-то небольшую шишку в правой груди и решила все-таки сходить к доктору — удостовериться, что все в порядке.
Выслушав пациентку, я ощупал грудь. Действительно, в одной груди чувствовалось какое-то плотное образование. Отправил на обследование, УЗИ, маммографию, сам провел пункцию. Диагноз — рак молочной железы...
Я рекомендовал как можно быстрее сделать операцию. В тот момент можно было провести резекцию, то есть не лишать полностью женщину груди, а вырезать только пораженную часть. Как бы я ее не успокаивал, женщина, рыдая и крича, выбежала из моего кабинета.
Прошел целый год.
Сегодня ко мне на прием обратилась женщина. Только через некоторое время я узнал в сидящей напротив съежившейся, с землянистого цвета кожей пациентке ту самую женщину, которая совсем недавно светилась от счастья.
За один год она постарела минимум лет на десять. Лицо покрылось морщинами, а неухоженные волосы сединой.
— Ну здравствуйте, Виктор Александрович. Вы меня наверное и не вспомните теперь, год назад я у Вас была. Расплакалась, убежала, Вас не послушала и весь год ездила по разным больницам России, надеясь услышать, что это совсем не рак, а что-то такое, что лечится таблетками, ну, или само пройдет, попалась и на мошенников, которые «втюхали» мне волшебные таблетки от всех видов рака. Но, к сожалению, Вы тогда были правы. И вот теперь я снова сижу перед Вами, в этом же кабинете, но уже понимаю, что выхода другого нет. Либо операция, либо недалекая смерть.
На осмотре я увидел уже распадающуюся опухоль молочной железы. Как таковой молочной железы уже не было.
По ее рассказу, она чувствует себя замечательно, каждое утро бегает, правильно питается и даже трое детей ее не выматывают, единственное, что беспокоит — нащупала какую-то небольшую шишку в правой груди и решила все-таки сходить к доктору — удостовериться, что все в порядке.
Выслушав пациентку, я ощупал грудь. Действительно, в одной груди чувствовалось какое-то плотное образование. Отправил на обследование, УЗИ, маммографию, сам провел пункцию. Диагноз — рак молочной железы...
Я рекомендовал как можно быстрее сделать операцию. В тот момент можно было провести резекцию, то есть не лишать полностью женщину груди, а вырезать только пораженную часть. Как бы я ее не успокаивал, женщина, рыдая и крича, выбежала из моего кабинета.
Прошел целый год.
Сегодня ко мне на прием обратилась женщина. Только через некоторое время я узнал в сидящей напротив съежившейся, с землянистого цвета кожей пациентке ту самую женщину, которая совсем недавно светилась от счастья.
За один год она постарела минимум лет на десять. Лицо покрылось морщинами, а неухоженные волосы сединой.
— Ну здравствуйте, Виктор Александрович. Вы меня наверное и не вспомните теперь, год назад я у Вас была. Расплакалась, убежала, Вас не послушала и весь год ездила по разным больницам России, надеясь услышать, что это совсем не рак, а что-то такое, что лечится таблетками, ну, или само пройдет, попалась и на мошенников, которые «втюхали» мне волшебные таблетки от всех видов рака. Но, к сожалению, Вы тогда были правы. И вот теперь я снова сижу перед Вами, в этом же кабинете, но уже понимаю, что выхода другого нет. Либо операция, либо недалекая смерть.
На осмотре я увидел уже распадающуюся опухоль молочной железы. Как таковой молочной железы уже не было.
Мы снова провели обследование, за год рак тоже сильно повзрослел
То, что можно было легко удалить и через пару дней поехать домой, разошлось по всему организму.
Рак поразил легкие, печень. В такой ситуации, к сожалению, я как хирург уже был бессилен...
Рак поразил легкие, печень. В такой ситуации, к сожалению, я как хирург уже был бессилен...
